Женой Петра I была русская крестьянка, выкрестившаяся в лютеранство, а потом из лютеранства в православие. К тому же слово «жена» применительно к ее отношениям с Петром Алексеевичем не особенно уместно. Почтенная фру Иоганн Крузе, называя вещи своими именами, в русском плену имела многих любовников, в том числе и императора, от которого родила нескольких детей. Но с точки

зрения закона (да и морали) ничего тут не меняется. Марта-Екатерина была законной женой Иоганна Крузе.

Она оставалась ею и тогда, когда Петр официально женился на ней в 1712 году. Она только стала двоему-жицей и притом в случае судебного разбирательства должна была стать женой Иоганна, как венчавшегося с ней на 10 лет раньше царя. ...Вот и получается, что на русском престоле в 1725—1727 годах сидела двоемужица, настоящее имя которой — фру Иоганн Крузе, венчанная жена шведского драгуна. Любовь Петра к Екатерине, судя по всему, вовсе не миф. Ученица немецкого пастора умела владеть его страстями, это факт.

Но вот вторая составляющая мифа о Екатерине — о ее великой любви к царю... Есть в этой любви некая странность. Ну допустим, Петр мог многократно изменять Екатерине и при этом продолжать ее страстно любить. Существует в народе такое мнение — мол, мужчине можно любить и так. Но вот как быть с многократными изменами самой Екатерины?

Даже в наше... гм... гм... даже в наше прогрессивное, свободомыслящее время мало кто сомневается — любящие женщины не спят с кем попало, едва «любимый» муж зазевается. Число мимолетных увлечений Екатерины приближается к двум десяткам. Из будущих членов Верховного тайного совета не воспользовались ее милостями разве что только патологически осторожный Остерман да Дмитрий Голицын, продолжавший смотреть на «матушку-царицу» с высокомерным отвращением.

Вряд ли в этом отвращении играла основную роль сословная спесь — Ефросинью ведь Дмитрий Михайлович признал и относился к ней очень хорошо. Справедливости ради, все связи были именно что мимолетны, продолжались буквально по нескольку недель и никак не демонстрировались внешне. Екатерина хранила видимость приличия и, несомненно, хотела сохранить брак. Петр очень часто не имел никакого представления о ее маленьких приключениях.