Называя вещи своими именами, после Петра в Российской империи наступило царство совершенно дикого беззакония. Чаще всего кивают на «закон о престолонаследии» — мол, все дело в том, что не было строгого, однозначного закона, по которому должен был возводиться на престол новый император. Несомненно, это одна из причин воцарившейся анархии; пользуясь законом о престолонаследии, как раз и можно было возводить на трон то одного, то другого, то вообще составлять «тестамент», выстраивая в очередь будущих императоров. Но главная причина беззакония в том, что только воля Петра цементировала слой его приближенных. Вот умер Петр, и оказалось, что даже высшие его сановники — вовсе не министры, «как в Европе», тем более никакие не убежденные сподвижники и продолжатели.

Это только лишь самые доверенные, но вовсе не самые преданные слуги, совершенно лишенные собственной воли, инициативы, а уж тем более — государственного ума. Слуги, которые в отсутствие хозяина попросту грабят его имение — в данном случае государство Российское. Компашка, которую сам Петр выпестовал и выкормил, добивала государство, не давала вернуться хотя бы к подобию законности. Любые государственные решения принимались исключительно в интересах кучки корыстных и примитивных людей. С этим соглашаются, пусть очень обтекаемо, даже самые лояльные к династии Романовых, самые верноподданные историки XVIII, XIX, начала XX веков.

Не только Н. М. Карамзин, но и О. Егер, книга которого вышла в 1894 году. У современных историков, не связанных лояльностью к династии, обязанностью обходить многие темы, появляются уж вовсе «непозволительные» предположения. Высказываются предположения, что Петр I вполне мог быть отравлен — слишком серьезная опасность нависала над «светлейшим князем», воровство которого Петр наконец-то затеял пресечь. В числе возможных исполнителей, собственноручно всыпавших яду в питье императора, называют и Екатерину.

Очень может быть, следующей была и сама Екатерина — очень уж неожиданно быстро, как-то очень уж «своевременно» она скончалась. Так, что невольно приходит в голову классическое «мавр сделал свое дело... ». И концы в воду — тоже классический способ «убирать» исполнителя политического убийства. Потом жертвами интриг в высших эшелонах власти станут и сам А. Д. Меншиков, умерший в 1729 году в Березове, и Толстой, окончивший свои дни в 1730 году в каменном мешке соловецкой тюрьмы.

За год до него угас в соседней темнице и единственный сын Толстого, Иван. «Никогда еще в нашей стране, да, кажется, и ни в каком другом государстве, верховная власть не переходила по такой ломаной линии... все они попадали на престол не по какому-либо порядку, установленному законом или обычаем, а случайно, путем дворцового переворота или придворной интриги», — констатирует В. О. Ключевский. Но и Владимир Осипович нимало не колебался — все эти сомнительные наследники царя-Антихриста продолжали то, что начал Петр.