Парадокс в том, что шестьдесят лет его правления — это чуть ли не «звездный чао» Британской империи, высшая точка взлета или, по крайней мере — крутая экспонента, прямо ведущая как раз к этой высшей, ослепительной «точке»! Экономика Британии находилась на крутом подъеме; именно в эти шестьдесят лет произошел «промышленный переворот» — в производстве начали применяться машины. Один человек теперь мог наткать за один день столько ткани, сколько раньше ткали несколько десятков. Ребенок лет восьми мог работать там, где раньше еле справлялся взрослый мужчина.

Жутковатая деталь — на многих фабриках специально использовали станки, приспособленные к росту ребенка, или к большим станкам приставляли ящики — чтобы работники лет 8—10 могли бы дотянутся до рабочей части станка. По мнению самих британцев, плату за промышленный переворот они заплатили совершенно ужасающую, но есть ведь и другая сторона — Британия обогнала остальные страны Европы, по крайней мере, лет на 30—40. Как раз в годы правления Георга III Англия стала «мастерской мира» — страной, которая могла предложить самые качественные промышленные товары и по самым низким ценам. Вся экономика Европы... да что там! Экономика всего мира оказалась замкнута на британскую.

Имел ли Георг III к этому хоть какое-то отношение? Нет, не имел никакого. Мог ли он ускорить развитие экономики в Англии? Нет, не мог. Может быть, он отдавал какие-то очень умные приказы, издавал законы, создавал условия для того, чтобы его подданные могли плавать по морям с трюмами, битком набитыми дешевыми товарами, и возвращаться с индусскими тканями, слоновой костью из Африки, жемчугом из Полинезии, лесом и льном из России, индонезийскими пряностями, металлом из Южной Америки, китовым жиром со всего Мирового океана?

Нет, никаких умных законов он не издавал, никаких решений этого рода не принимал и, вообще, похоже, не слишком разбирался в экономике и в политике. Может быть, Георг III водил армии и флоты Британской империи? Да спаси Боже Британию, если бы Георг III смог бы хоть что-то и куда-то «водить»! Конечно же, он не был ни военачальником, ни сильным политическим деятелем.

Страна процветала в годы его правления именно потому, что Георг III, при самом пылком желании, не мог очень уж сильно помешать ей процветать. У короля совсем не было прав и возможностей править?! Нет, не будем изображать Георга III бедняжкой-королем, у которого отобрано все, кроме королевского титула; эдаким королем Лиром XVIII столетия. Он не заслуживает жалости, потому что уж что-что, а права у короля были огромные.