Если же вернуться к Георгу III, то существенно важно вот что: реально король для проведения своей политики мог только договариваться с другими силами, убеждать их помочь ему... или интриговать, ставить «своих людей» на ключевые места. Например, в 1762 году (не успел Георг III прийти к власти) правительство вигов, которое фактически контролировал Уильям Питт-старший, сменило правительство королевского фаворита Дж. Бьюта, и в дальнейшем, до начала 1780-х, правительство возглавляли ставленники короля. Некоторые ученые, кстати, именно с этим связывают неудачи во время войны с Соединенными Штатами: по их мнению, более разумные политики могли бы или не допустить войны вообще, вовремя пойти на разумные уступки. Или развалить еле-еле сложившуюся коалицию штатов, разделить их на союзные и враждебные и эти враждебные штаты постепенно удавить и принудить к капитуляции — как силами самой Британии, так и силами союзных штатов. Не говоря уже о том, что и военные действия могли бы вестись совершенно на другом уровне.

Ведь правительство Британии очень долго не могло понять — в Америке происходит не просто локальный бунтик, который можно подавить силами наемных солдат, натуральным образом купленных в германском герцогстве Гессен. Соединенные Штаты Америки устроили вполне серьезную революцию, и необходимо напряжение всех сил, срочная посылка в Америку всех элитных войск. Если это мнение справедливо, получается, что Георг III все-таки сумел нанести Великобритании существенный вред. Но и в этом случае такой вред мог бы оказаться несравненно более масштабным; скажем, Прут-ский поход Петра I явно принес России несравненно больше неприятностей, чем проигранная в Америке война — Британии.

В целом же правление сумасшедшего короля очень мало... если сравнивать с Россией, то просто поразительно мало сказалось на достижениях Британии за 60 лет правления Георга III. Получается, что рыночная экономика Британии, корпоративная система управления и парламентский строй ставят мощнейшую «защиту от дурака». Хорошо, конечно, если король — умница и талант; такой король может очень помочь своей стране и сделать для нее много хорошего. Но если даже король не особенно выдающаяся личность, и даже если он и вовсе не способен править страной, ничего страшного!

Все равно идет промышленный переворот, все равно избыточное население выбрасывают из страны, разгоняют по Новой Зеландии, Австралии и Южной Африке; все равно британские корабли бороздят все океаны планеты, а рев британских пушек знаменует для темнокожих обителей Африки и Востока наступление новой эпохи — британского колониализма. А король?! Что — король? Пусть сидит в Вестминстерском дворце да поменьше показывается на люди.

Играет он роль символа нации? Того, чьим именем берут города и выигрывают сражения? Ну и пусть себе играет, никому от этого не хуже, и вообще — бывают символы еще противнее. Очень похоже, что, существуй в Московии образца 1689 года такой же строй, как в Великобритании образца 1760-го, — и вовсе не так уж опасен был бы Петр и весь стоящий за ним клан Нарышкиных.